Олег Константиновищщ

Я снова сел думать, чтобы, наконец-то, начать писать книгу под названием «Матрица жизни на Земле» по результатам прошедшей тибетской экспедиции. Однако этот чертов подвал не выходил из головы. Мысли не шли. Вдруг мои мысли перебил телефонный звонок.

— Олег Константиновищщ?! - послышался голос с явным татарским акцентом.

У меня возникло желание пошутить.

— Да, Олег Константинович слушает, - ответил я, чеканя слова и понимая, что «не туда попали».

Я даже вспомнил, что нередко, когда попадают «не туда», я выдаю себя за того, кого спрашивают. Например, когда спрашиваютМашу или Валю, я важно говорю, что она ушла в кино с Колей илиВасей. Стыдновато, конечно, зато весело. Утрясется как-нибудь, наверное. Мелочь все же. Люди же умные. Поймут. Но позже.И им будет весело, когдапоймут, нервы пощекотав.Хохотать тоже будут, когдавыяснят, что Маша или Валявообще не знают загадочныхКолю или Васю. Щекотка, ведь, приятная штука, - хохочешь все же, пусть даже несовсем искренне, но хохочешь. Зато «штампованнаяЖизнь» меняется, Америкой ,Не попахивает.

Это Вы, Олег Константиновищщ?! - переспросил голос с татарским акцентом.

— Да, конечно, - важно ответил я.

— Это... узнали меня?!

— Конечно, узнал.

— Можно завтра вечером я к вам, Олег Константиновищщ, заеду бумаги забрать?

— Можно-то можно, - важно проговорил я, - но там в этих бумагах, такая чушь, извините, полная херня, написана!

— Неужели? - грустно послышалось на том конце провода.

— А кто это печатал?! - важно продолжал я. - Безграмотность такая!!! Кто, спрашиваю, печатал?!

— Катя печатала, но она не... секретарша.

— Грамотнее печатать надо!

— Извините, Олег Константиновищщ!

— Да ладно уж! - проговорил я, понимая, что меня точно приняли за Олега Константиновича.

— А... все же... завтра вечером к вам заехать можно? Можно, Олег Константиновищщ?

— Так и быть - можно. Но... но без трех бутылок дорогого виски вам не обойтись!

— Спасибо, Олег Константиновищщ! Спасибо! Три, знащит, три...

— До свидания, - сказал я и грустно улыбнулся.

Мне, конечно же, было немного не по себе оттого, что я, видимо, поставил в неудобное положение этого Олега Константиновича, которому, наверное, завтра принесут три бутылки дорогого виски, да и еще и скажут - «Как Вы велели!». Олег Константинович, скорее всего, откроет одну из этих бутылок, посадит этого человека (по акценту - татарина) за стол и будет говорить о том, что... более грамотных и более умных бумаг он никогда в жизни не видел и что за это надо выпить. Человек, принесший три бутылки виски, будет, конечно же, недоумевать, но выпить не откажется. А Олег Константинович, наверное, будет говорить, обратив внимание на необычное смущение человека, принесшего виски, примерно такое - «Чо ты, Ринат, сидишь, как кол проглотил?! Все нор-малек! Бабу тебе, Ринат, надо, хорошую бабу! Как там эта, как ее... Катька-то, которая к тебе в канцелярию устроилась?». А когда-нибудь они, возможно, выяснят, что произошло какое-то недоразумение. Зато им будет весело. А это «весело» - многого стоит! Оно - это «весело» дает противовес смердящей тоске, от которой смертью попахивает.



И тут я вспомнил одну историю, которая произошла с одним моим очень хорошим знакомым, которую тоже можно было охарактеризовать словом «Весело».


1751033247867321.html
1751084873260811.html
    PR.RU™